В нашем интернет-магазине Вы купите vittoria queen 3223 отзывы.

825-й Волго-татарский пехотный батальон

/ ОКУПАЦИОННЫЕ СИЛЫ / ПАРТИЗАНСКИЕ ОТРЯДЫ / ВИТЕБСКОЕ ПОДПОЛЬЕ / НКВД / СВИДЕТЕЛЬСТВУЮТ АРХИВЫ /

Новые документы о переходе 825-го батальона «Волго-Татарского легиона на сторону партизан

<-- 825-й Волго-татарский пехотный батальон

С 2005 г. группа московских и казанских исследователей, в которую входят профессор МГИМО, доктор исторических наук А. А. Ахтамзян, генерал-полковник доктор юридических наук М. С. Хакимов и автор статьи кандидат исторических наук Р. Б. Гайнетдинов, проводит планомерное изучение подвига бывших военнослужащих 825-го батальона Волго-татарского легиона («Идель-Урал»), которые 23 февраля 1943 г., прибыв в Витебскую область (Белоруссия) в составе карательных отрядов для борьбы с партизанским движением, подняли вооруженное восстание, и, перебив немецких офицеров, в организованном порядке перешли на сторону партизан. В составе батальона были преимущественно татары, которые впоследствии участвовали в героической борьбе за освобождение советской земли от немецко-фашистских захватчиков. Многие из них погибли.

За прошедшие три года указанной группой на основании имеющихся в Республике Татарстан военно-исторических документов, материалов музея М. Ф. Шмырева в г. Витебске, отдельных документов Национального архива Республики Беларусь (НА РБ) были скрупулезно изучены обстоятельства перехода легионеров на сторону партизан, выявлена конкретная роль организаторов восстания, прослежены судьбы отдельных легионеров в рядах партизанского движения. Все это стало достоянием общественности путем публикации ряда статей в популярных и научно-публицистических изданиях, нескольких книг1.

В частности, большой общественный резонанс в Татарстане вызвали публикации неполных списков татарских легионеров, перешедших на сторону белорусских партизан. Первый список из 50 человекI был найден в ящике, зарытом на месте лесной стоянки партизанского отряда под командованием Гурко, и хранится в Витебском областном музее М. Ф. Шмырева. Он был привезен из Белоруссии М. С. ХакимовымII. Позже этот список был дополнен сведениями о партизанах, находившихся и в других отрядах, и в расширенном виде (79 человек) опубликован А. А. Ахтамзяном. Но самый большой резонанс имел опубликованный А. А. Ахтамзяном в журнале «Татарстан» неполный список личного состава отряда Григория Сысоева из 1-й Витебской партизанской бригады (13 фамилий, при этом все — уроженцы Татарстана). Уже через несколько дней после выхода журнала в свет в редакцию обратились родственники отдельных легионеров, которые до сих пор считались пропавшими без вести.

Эти фамилии были извлечены московским исследователем из двух документов, полное название которых — «Именной список личного состава 1-й Витебской партизанской бригады с 9.07.1941 г. по 1 мая 1943 год» и «Список личного состава отрядов Витебской партизанской бригады т. Бирюлина, 1941, 1942 и 1943 г., отряды 1, 2, 3, 4, 5 и 6». Документы были получены из Национального архива Республики Беларусь в августе 2007 г. генерал-полковником М. С. Хакимовым при содействии президента Академии проблем безопасности, обороны и правопорядка Российской Федерации генерал-полковника В. Г. Шевченко, генерала армии М. А. Гареева и руководства КГБ Белоруссии. Вместе со списками был написанный каллиграфическим почерком документ под названием «Секретарю Витебского обкома КП(б)Б тов. Желянену от комиссара партизанского отряда тов. Сысоева 1-й Витебской партизанской бригады Григорьева Исаака Георгиевича», в котором изложены обстоятельства перехода легионеров Волго-татарского легиона на сторону партизан в феврале 1943 г.

Документ идентичен «Донесению комиссара 1-го партизанского отряда И. Григорьева комиссару 1-й Витебской партизанской бригады В. Хабарову о приеме в отряд личного состава 825-го батальона Волго-татарского легиона» от 5 марта 1943 г., который уже был опубликован2. До настоящего времени он считался наиболее достоверным документом по факту перехода легионеров на сторону партизан, исполненного комиссаром отряда Г. И. Сысоева сразу же после выхода бригады из окружения с тяжелыми боями против немецких карателей. Новый документ, из белорусского архива, немного отличается по стилю и правописанию от первого документа и существенно отличается по более полному содержанию заключительной части, где говорится о ситуации с военнослужащими батальона после их перехода к партизанам.

Самым главным в обоих документах является то, что они написаны не только очевидцем и свидетелем события, но непосредственным организатором перехода, лично принимавшим легионеров на льду реки Западная Двина в ночь с 22 на 23 февраля. Донесения содержат много фактов, зафиксированных в первые же дни после события, т. е. с 23 февраля по 5 марта 1943 г.

Во вновь выявленном донесении содержится подробное описание всех обстоятельств прибытия батальона в район Витебска, размещения гарнизонов в районе «Суражского треугольника» или близ «Витебских ворот». Особенно ценны сведения о руководителях перехода, командирах подразделений, которые поддерживали связь и обеспечивали преемственность руководства на случай провала в каком-либо звене. В документе названы имена руководителей перехода, которые взяли на себя инициативу и ответственность за переход бойцов к партизанам после того, как им стало известно об аресте фашистами трех руководителей подпольной группы. Из документа следует, что руководители перехода тотчас по прибытии на место по своей инициативе стали искать контакт с командованием партизанских отрядов и установили его.

В документ внесены и сведения о личном участии И. Г. Григорьева в организации и проведении перехода на конкретном участке. Важны также сведения о ходе боев с карателями непосредственно после перехода, в которых татары показали себя только с положительной стороны.

Публикация обоих документов окончательно развеяла мифическую цифру о переходе на сторону партизан 930 человек. Эта цифра была названа в «Сообщении ответорганизатора Витебского обкома КП(б)Б К. И. Шемялиса секретарю Витебского обкома КП(б)Б И. А. Стулову о переходе на сторону партизан 825-го батальона “Волго-татарских легионеров” 23 февраля 1943 года»III, датированном 30 марта 1943 г.3 Изложенные в нем партработником явно завышенные цифры как о количестве сдавшихся легионеров, так и о вооруженииIV, внесли значительную путаницу в публикации отечественных исследователей. В донесениях Григорьева названа более точная цифра — 506 человек. Эта цифра, по словам И. Г. Григорьева, была известна изначально, однако почему-то она была искажена ответственным работником Витебского обкома партии. В своем донесении Григорьев назвал и реальные цифры количества полученного немецкого вооружения и боеприпасов.

Всего же 825-й батальон недосчитался после перехода к партизанам 557 человек4. Эта цифра названа в отчете немецкой полевой полиции по итогам расследования в батальоне, проведенного сразу же после вооруженного восстания. В это число входят, скорее всего, перебитые во время восстания свои же «ненадежные» легионеры, а также те, кто перешел позже в отряд Г. И. Сысоева в районе торфзавода или на других участках в составе небольших групп (полностью переход завершился к полудню 23 февраля). О них упоминает и И. Г. Григорьев в донесении от 5 марта: «Позже прибывали отдельными малыми группами»5.

В пакете документов из Национального архива Республики Беларусь особый интерес представляют списки личного состава партизанских отрядов, которые приняли в свои ряды татарских легионеров. В развернутых списках имеются сведения о довоенном месте жительства, образовании, партийности, составе семьи, профессии и даже о размере зарплаты до войны. В отдельных случаях указаны даты гибели в бою или отправки за линию фронта.

В списках есть сведения только о легионерах, распределенных в 1-й отряд Г. И. Сысоева (53 фамилии). Однако автор, располагая сведениями, что татарские легионеры были распределены и в другие отряды 1-й Витебской бригады М. Ф. Бирюлина, вновь поднял из архива дела, касающиеся партизанского движения в Витебской области. В результате поиска были дополнительно выявлены ранее неизвестные фамилии 24 легионеров, распределенных в состав 2-го и 4-го отрядов бригады М. Ф. Бирюлина.

Списки представляют собой ценнейший источник информации не только о личном составе значительной части татарского батальона, но и о каждом легионере.

В документе требующие уточнения названия даны со знаком вопроса. В двух имеющихся списках имеются разночтения в некоторых фамилиях, именах и отчествах, местах проживания и т. д., в этом случае один из вариантов приведен в скобках.

Следует сказать, что ознакомление с архивными документами учета и движения личного состава партизанских отрядов свидетельствует о высокой культуре делопроизводства партизанских штабистов.

Весьма важным представляются сведения о судьбе каждого бойца после зачисления в партизанский отряд до июня-июля 1943 г. Известно, что уже в первый день после перехода был дан жестокий бой против германских войск с использованием трех 76-миллиметровых пушек. Через два месяца, в мае 1943 г., немцами была проведена вторая, более внушительная, чем февральская, карательная экспедиция против партизанских соединений в районе Сураж — Витебск — Городок с привлечением кадровых мотопехотных и танковых частей, артиллерии и других приданных подразделений, в частности, батальона СС. Самые жестокие бои в районе действия Витебской партизанской бригады начались 13 мая. 18-19 мая противник замкнул окружение отрядов бригад М. Бирюлина и Райцева. 17 мая, когда противник вышел на рубеж обороны отряда В. Сазонова, в бою героически погиб наш земляк из Башкирии пулеметчик С. Шарафутдинов (76-й в списке). О его подвиге комиссар бригады В. Хабаров написал в штаб партизанского движения следующее: «Пулеметчик тов. Шарафутдинов, расстрелявший огнем пулемета в упор наседавших гитлеровцев, не сошел со своего боевого поста»6.

По данным В. Хабарова, в указанном бою отлично действовал расчет станкового пулемета в лице Ш. Салихова и Ш. Каримова (65-й и 66-й в публикуемом списке), которые уничтожили свыше 10 гитлеровцев, а также пулеметчик М. Фазылов (57-й в списке)7.

19 мая отряд № 4 В. Д. Сазонова, отряд № 3 Крыленко, 2-я рота 1-го отряда Г. И. Сысоева совместно с отрядами бригады Райцева штурмом прорвали заградительную линию противника в районе Крутой Горы — Ниские. 1-я рота отряда № 1 под командованием Г. И. Сысоева в ночь с 19 на 20 мая прорвала укрепления заградлинии противника в районе Дражня — Пиленки и вышла в последующем в тыл в районе своего действия Зеленый Лес — Николаевка. Прорыв был завершен, и бригада Бирюлина вышла из окружения, понеся при этом большие потери — 143 человека (в 1-м отряде — 47 человек, во 2-м — 32, в 3-м — 22, в 4-м — 42)8. Особенно ощутимые потери были в отряде Сысоева, здесь погибло или пропало без вести более половины приписанных к отряду татар.

После выхода из окружения ряд офицеров и рядовых бойцов был отправлен на Большую землю через «Витебские ворота», которые образовались на стыке групп. В списках против таких фамилий отмечено: «за линию фронта в РККА».

Все перешедшие на сторону партизан и участвовавшие в боях с фашистами бойцы бывшего 825-го батальона достойны нашей памяти.

Вместе с белорусскими коллегами-архивистами наша группа планирует завершить выявление списков татар, распределенных по другим партизанским бригадам Витебской области: 1-я Белорусская партизанская бригада М. Захарова, куда были переданы, по свидетельству И. Г. Григорьева, 356 человек, а также бригады им. Ленинского комсомола и Алексея Домукалова (бригада «Алексея»).

Кроме того, мы полагаем, что следует более обстоятельно обратиться к архивам отдела контрразведки СМЕРШ спецлагеря № 174 (г. Подольск), куда был помещен «изъятый» в июне 1943 г. из партизанских отрядов 31 активный легионер — участники перехода 825-го батальона к своим. Данные допросов контрразведчиков позволят, по нашему мнению, глубже высветить роль каждого военнослужащего в подготовке восстания и его осуществлении.

Публикация данных списков имеет важное значение не только для родственников погибших и выживших участников перехода к партизанам, но и для пополнения Книг памяти областей и республик России и стран СНГ, а также базы данных созданного в сети интернет-сайта при участии фонда «Союз поисковых отрядов», в котором уже собраны сведения и материалы относительно восьми миллионов человек. Наша цель состоит в том, чтобы привлечь внимание общественности к спискам участников перехода на сторону белорусских партизан. Находясь в плену, под влиянием коллаборационистских настроений участников национальных легионов, в драматических условиях текущей войны, когда ее исход еще был неизвестен, они сделали осознанный выбор, перейдя к своим. Многие своими дальнейшими ратными подвигами доказали верность своей Отчизне и воинской присяге.

Мы обращаемся к родственникам легионеров, работникам военкоматов, жителям и общественности населенных пунктов, в которых они жили и работали до войны, с просьбой сообщить нам дополнительные сведения об указанных в этих списках лицах. Некоторые из них достойны военных наград, и мы будем ходатайствовать о них. Имеющийся в нашем распоряжении пакет документов из Национального архива Республики Беларусь планируем передать в коллекцию Национального архива Республики Татарстан. Самая заветная цель нашей группы — установить к 65-летию Великой Победы на месте перехода 825-го батальона в Белоруссии памятную стелу от имени Республики Татарстан.

ПРИМЕЧАНИЯ:

1. Гайнетдинов Р. Переход 825-го батальона легиона «Идель-Урал» на сторону белорусских партизан // Гасырлар авазы — Эхо веков. – 2005. – № 1. – С. 23-30; Ахтамзян А. Муса Джалиль и его соратники в сопротивлении фашизму. – Казань, 2006. – С. 60-80; Неврединов А. Выявлен новый список бойцов татарского батальона // Татарские новости. – 2006. – № 10; Ахтамзян А. Провал операции «Кугельблиц» // Татарстан. – 2008. – № 2. – С. 59-61; Ахтамзян А. Кто они, неизвестные герои? // Татарстан. – 2008. – № 4. – С. 47-49; Гилязов И. А. Легион «Идель-Урал». Представители народов Поволжья и Приуралья под знаменами «третьего рейха». – Казань, 2005. – С. 182-188.
2. Гайнетдинов Р. Указ. соч.
3. Всенародное партизанское движение в Белоруссии в годы Великой Отечественной войны. – Минск, 1973. – Кн. 1. – Т. 2. – С. 230-231.
4. Гилязов И. А. Указ. соч. – С. 185.
5. Гайнетдинов Р. Указ. соч. – С. 30.
6. Национальный архив Республики Беларусь, ф. 1336, оп. 1, д. 109, л. 7.
7. Там же.
8. Там же, ф. 1450, оп. 4, д. 18, л. 43.

 

№ 1. Донесение комиссара партизанского отряда Г. И. Сысоева 1-ой Витебской партизанской бригады И. Г. Григорьева секретарю Витебского обкома КП(б)Б Желянену об обстоятельствах перехода легионеров Волго-татарского легиона на сторону партизан в феврале 1943 г.

Не ранее 28 февраля — не позднее 5 марта 1943 г.

Согласно Вашему указанию, информирую Вас о разложении и переходе в наш отряд Волго-татарского легиона 825-го батальона.

Волго-татарский легион, 825-ый батальон состоял из наших военнослужащих-татар, взятых в плен немецкими войсками в 1941 и в начале 1942 года в городах: Белосток, Гродно, Львов, Молодечено, Керчь и Харьков.

До мая месяца 1942 г. они находились в лагерях военнопленных и переносили голод и зверство со стороны немецких солдат и офицеров.

20 мая 1942 г. со всех лагерей военнопленных немцы начали концентрировать татар в г. Седлица. После чего направили под усиленной охраной в г. РадумVI.

В городе Радоме разбили их на три группы по девятьсот человек, что составляло три батальона.

Посланец Гитлера, генерал-лейтенант восточных национальных легионов, выступил с речью, что немецкими войсками власть большевиков окончательно разгромлена. Вас освобождаем от плена, создаем вам хорошие условия жизни, вооружаем, обучим. После учебы вы, свободный народ, должны очистить свою национальную территорию от скрывающихся большевиков в лесах и болотах, которые наносят вред для нашей армии.

С июля 1942 г. по февраль 1943 г. татары проходили учебно-боевую подготовку по борьбе с партизанами. В начале февраля 1943 г. был экзамен, более отличившихся в учебе назначили командирами рот, взводов и отделений, придав в этот батальон 80 немцев командного состава, в том числе командира батальона майора Зекса.

Данный батальон направили в распоряжение 821-ой дивизии, находившейся в Витебске.

19 февраля разведчица с нелегальной партизанской группой пункта «В» доложила, что с г. Радома прибыл Волго-татарский легион по борьбе с партизанами в трехугольнике: Витебск — Городок, Городок — Сурож, Сурож — Витебск.

Размещаться будет в деревнях: Сеньково, Суворы и Гралево — Витебского района, где находились несколько рот казаков, с которыми вели переговоры о переходе к нам, но по каким-то причинам их срочно отозвали.

20 февраля я взял двух бойцов и в ночной период времени, пробравшись в дер. Сеньково, хотя и угрожали опасности, так как были засады противника, дал задания нелегальной партизанке Нине, которая проживала в данной деревне. Когда прибудет этот легион, узнать их моральное состояние и найти из них человека, которому обрисовать положение на фронтах и сообщить, что их ожидают в партизанском отряде, за р. Западной Двиной, представители Рабоче-Крестьянской Красной Армии. Если будет положительный результат, то с их стороны должно быть выслано 4 представителя для переговоров по указанному мной маршруту в дер. Койтово.

21 февраля этот батальон расположился в выше указанных деревнях. На квартире у Нины расположился батальонный врач Жуков, с которым быстро Нина начала откровенные переговоры.

Жуков Нине сообщил, что у них есть группа, которая мечтает о переходе повседневно. Даже назвал их фамилии и занимаемую должность в батальоне.

Татжеев (Таджиев) — адъютант командира батальона майора Зекса.
Мухомедов — командир штабной роты.
Латыпов — помощник командира штабной роты.
Юсупов — командир взвода батарейного расчета.
Галеев — командир взвода.
Трубкин — помощник командира отделения.
Лутфулин — старшина роты.
Фахрудинов — помощник старшины роты.
Рахимов — из хозяйственной части.

После этого сообщения Жуков попросил Нину ускорить связь с партизанами. Нина предложила направить в партизанский отряд 4-х представителей для переговоров о переходе по указанному мной маршруту и посоветовала взять проводником жителя дер. Суворы Мехальченко, переодев его в их форму одежды, чтобы не оставить никаких следов.

Жуков внимательно выслушал Нину и быстро ушел к товарищам, с которыми имел разговор до 7-и часов вечера. Придя домой, он сообщил ей, что Трубкин, Лутфулин, Галеев, Фахрудинов ушли с проводником Мехальченко, которого с трудом переодели в немецкую форму. Не соглашался. Одновременно предупредил Нину, что она несет персональную ответственность, если партизанами посланные будут обстреляны. Нина согласилась и ответила, что их встретят по договоренности с комиссаром отряда.

Наша засада в условленном месте встретила представителей и доставила в штаб отряда.

Представители попросили дать одну белую ракету вверх, которая будет обозначать хороший прием их и начало подготовки.

Ракета была дана. Потом обратились с просьбой о принятии их в отряд и об использовании их вооружения против общего врага.

Мною и командиром партизанского отряда Сысоевым были поставлены им задачи:

1. Уничтожить весь немецко-офицерский состав и ненадежных из татар;
2. Вывести людской состав батальона с его полным вооружением, а равно обоз с боеприпасами, к берегу Западной Двины на место расположения завода Руба и дать три красных ракеты, которые обозначали — к переходу готовы, принимайте.

Помощник командира отделения Трубкин и старшина роты Лутфулин оставили себя заложниками, а Галеева и Фахрудинова отправили обратно в легион для организации и выполнения задач, поставленных нами.

В 11 часов ночи заметили белую ракету в дер. Суворы, которая обозначала: «Возвратились благополучно, начинаем».

В 22 часа сообщили командиру бригады Бирюлину о том, что нами подготовлен вопрос о принятии батальона и его вооружения. Товарищ Бирюлин выслал своего заместителя товарища Анащенко и начальника штаба бригады Крицкого, которые наблюдали за приемом.

Я, взяв взвод партизан, отправился к месту встречи в дер. Койтово. В 11:30 часов мы услыхали сильный бой в дер. Суворы и Гралево: взрывы гранат, пулеметные очереди и одиночные выстрелы из винтовок. Это татары выполняли наше задание, уничтожали немцев.

23 февраля в 0:30 часа ночи получили сигналы с фонарика: белый, красный, зеленый, — что означало выход с двух сторон на середину Западной Двины.

Взвод расположил в засаде на берегу Двины, а сам с командиром третьего взвода товарищем Стрельцовым направился по Двине на ту сторону для встречи представителя. На середине реки встретил товарища Фахрудинова с двумя его друзьями. Он спросил: «Кто вы по званию?».

Я ответил: «Комиссар партизанского отряда Сысоева Григорьев».

Товарищ Фахрудинов подал команду своим товарищам: «Смирно!» — и доложил, что задание, данное им, выполнено. Разбиты штабы батальона и ротные. Уничтожено 74 немца и три командира рот: 1-ой роты Сюрякова, второй роты Мингалеева и 3-ей роты Нерулина, людской состав с вооружением, транспорт с боеприпасами подтянут к указанному месту и готов к приему.

Одновременно сообщили, что шофер штаба оказался изменником и тихо увез на машине из дер. Суворы в дер. Сеньково командира батальона майора Зекса, которого хотели привезти живым. В дер. Сеньково арестовали батальонного врача Жукова, Таджиева и Рахимова, которые были оставлены для уничтожения остальных немцев и вывода свыше 200 человек людского состава, находившихся в этой деревне.

Из г. Витебска в д. Сеньково прибыло около 40 автомашин, которые окружили деревню. «Прошу ускорить прием, я ранен, окажите помощь». — Медицинская помощь товарищу Фахрудинову была оказана через командира взвода Стрельцова, а сам встретил батарею орудий и людской состав, где проведен был маленький митинг. Встреча была очень радостная, кто от радости смеялся, кто плакал, вспоминая те жуткие условия, которые ими были встречены в плену. Обнимая и целуя каждый меня, произносили слова: «Мы опять со своим народом, с товарищем Сталиным». Прибыло на территорию расположения нашего отряда людского состава 506 человек с вооружением из трех пушек 45 мм, батальонных миномета — 4 штуки, ротных — 5, станковых пулеметов — 6 штук, ручных пулеметов системы Дегтярева — 22, винтовок — 430, пистолетов польских — 150, ракетниц — 12, биноклей — 30, лошадей с седлами и амуницией — 26, много боеприпасов и прочего военного имущества.

Помимо этого, пулеметный взвод в количестве 40 человек с четырьмя станковыми пулеметами, находившиеся в отдаленности в засаде, попал на территорию отряда Воропаева.

Получив указание командира бригады товарища Бирюлина обезоружить и людской состав направить в распоряжение бригады, где им был организован отдых и питание, а вооружение направить срочно в распоряжение хозяйственной части бригады.

Очевидно, товарищ Бирюлин исходил из того, что наша бригада вела бои с 14 февраля, в особенности наш отряд, и людской состав в немецкой форме мог быть мишенью для других отрядов и бригад.

Командованию нашего отряда не понравилось распоряжение бригады, в особенности командиру отряда Сысоеву и мне, так как мы хотели весь личный состав пустить в бой. Но, учитывая указание старших товарищей, мы были обязаны выполнить. Под личную нашу ответственность мы оставили в отряде 30 человек артиллеристов, минометчиков и станковых пулеметчиков.

Батарею пушек 45 мм, батальонные минометы, станковые и ручные пулеметы, обоз и частично боеприпасы, что было использовано в борьбе с немецкими войсками.

Разоружили 476 человек и направили в распоряжение бригады на территорию торфзавода, где им был сделан доклад товарищем Коганом о международном положении.

После чего 356 человек наша бригада направила в распоряжение командира бригады 1-ой Белорусской партизанской бригады товарища Захарова, а остальных 120 человек разослали по отрядам нашей бригады. В том числе еще в наш отряд прибыло 24 человека.

Вооружение: ротные минометы, винтовки, часть боеприпасов и военного имущества — сдали в хозяйственную часть бригады.

В этот же день, покормив оставшихся в нашем отряде татар, взяв вооружение, направили в бой совместно с нашими партизанами в район Красного двора и дер. Тарасовки под нашим руководством.

Храбро и смело артиллеристы и минометчики выпустили более четырехсот мин и снарядов по противнику. Пулеметчики подпускали на близкое расстояние противника и косили пулеметным огнем. Бой держался с утра до ночи.

Отличились в этих боях татары: командир батареи — Латыпов; командир взвода — Юсупов; командиры 1-го, 2-го и 3-го орудия Хафизов, Шакиров, Касимов, а также минометчики и пулеметчики.

После этого боя немецкие солдаты и офицеры спрашивали у населения: «Что за воинская часть была?». Население отвечало: «Это партизаны». Они с криком ударяли тех, кто отвечал: «Никс партизан, это солдат, воинская часть».

24 февраля вели бой с немецкими войсками в районе Кобылихи с участием наших татар. Отряд два раза переходил в контратаку, а также они участвовали и в остальных боях.

28 февраля отряд организованным порядком со всем личным составом, вооружением и транспортом, совместно с нашими татарами, путем правильного маневрирования вышел из немецкого кольца с Щелбовского леса в район своего действия и нанес внезапно сокрушительный удар по противнику.

За период времени 2-х немецких экспедиций на партизан с участием наших татар уничтожили немецких солдат и офицеров свыше 400 человек, большое количество ранено, уничтожили 5 автомашин, привели в негодность 3, спустили 1 эшелон, взорвали несколько мостов, сохранив свой людской состав, в том числе и татар, а равно вооружение, транспорт и боеприпасы.

Из татар выделили командный состав и организовали роту нацменов, дав им политрука товарища Немыкина и политрука Новикова. Политика морального состояния роты татар политически правильная, здоровая. Роту татар составляют 53 человека.

В роте выпускаются боевые листки, проводятся политзанятия и беседы, а также изучают оружие, с которым незнакомы. Вооружение частично было роздано в отряды нашей бригады.

Партизанский отряд товарища Сазонова нашей бригады получил одну пушку 45 мм, два станковых пулемета и несколько пулеметов Дегтярева, пять лошадей с амуницией.

Этот отряд взорвал пушку в Щелбовском лесу, оставил лошадей, а остальное использует, между прочим, следует отметить, что партизанский отряд Сазонова сохранил людской состав татар и на сегодняшний день у него имеется 27 человек, а в партизанском отряде Сарбая осталось 4, а остальные отряды нашей бригады не сумели сохранить их. По отношению бригады Захарова я ничего не могу написать, но слыхал, что отряды его бригады не сумели сохранить татар, где много погибло в Щелбовском лесу в связи с тем, что они плохо ориентировались в данной местности и не знали, как выйти из немецкого кольца.

Две пушки сохранились и находятся спрятанными в Щелбовском лесу. После экспедиции мною была послана разведка в дер. Сеньково, которая установила, что остальных татар данного батальона, не успевших выйти из дер. Сеньково, немцы обезоружили и издевались всячески, после чего отправили куда-то на работу.

Батальонного врача Жукова расстреляли, адъютанта командира м[айо]ра Зекс[а] Таджиева и из хоз яйственной части Рахимова увезли в г. Витебск. Судьба их мне не известна.

Нина проживает по-прежнему.
Комиссар партизанского отряда Сысоева И. Г. Григорьев (подпись).
НА РБ, ф. 1336, оп. 1, д. 109, л. 108-111 об.

Публикацию подготовил Рустэм Гайнетдинов, кандидат исторических наук
Источник:http://www.archive.gov.tatarstan.ru/


 
 
ФОТОАРХИВ
ВИТЕБСК 1941
ВИТЕБСК 1942
ВИТЕБСК 1943
ВИТЕБСК 1944
СТАРЫЙ ВИТЕБСК
ЛИЦА ПОБЕДЫ
   
 
 




ВНИМАНИЕ! При использовании материалов ссылка на сайт, авторство и источник обязательна.