"Победа Витебск". Витебск в годы Великой Отечественной войны 1941-1944г.г.

Дневник окруженца. Лето 1941г.

Страницы фронтового дневника. Турчина Кузьмы Петровича

1.Комаров Григорий Максимович, 1906, Сталинская обл., Орджоникидзевский р-н, с. Луганск, призван Орджоникидзевским РВК

2.Хотитовский Григорий Иванович, 1912, призван Артемовским РВК, п. Яма

3.Кулик Александр Федорович, 1909, призван Артемовским РВК,  г. Артемовск, ул. Шоссейная, д.23

10.07.1041
Выехал на рекогностировку ОП 3-го батальона. В 20.00 наблюдал прорыв танков противника по шоссе Полоцк-Старое Село. Возвращаясь в Хорпилово был обстрелян из винтовки, кем неизвестно. КП на старом месте не застал. Выехал к д. Ст. Село, где  в лесу нашел штаб.

В ночь с 10 на 11.07.1941 выехал с двумя машинами по маршруту Новая Деревня-Шумилино-Городок. Утром в 4.00 на шоссе под Шумилино машины попали под пулеметный и орудийный обстрел. Пришлось откатиться под Витебск. Не доехав 6 км, где снова нам путь был отрезан в Витебск. Под Шумилино получили ранение ст. сержант и мл. политрук Кузнецов.

Взгрустнул по семье, детям и главное по Валюське. Как знать всё-таки, придётся ли ещё раз увидеть всех.


11.07.1941
Мы в окружении противника. Выхода нет. Машины попортили, сожгли карты и откатились к реке. Сидим в кустах, обсуждаем своё положение в составе: т. Чернявского, Ушакова, Тимошенко, Кузнецова и меня. Позднее к нам подошли 3 красноармейца, мл. политрук Красовский и техник/интендант Корольков.

В 10.00 11.07.1941 на бугре у старого сарая (это метров 200 от нас) стала танкетка противника и повела огонь через наши головы. Откатились влево, вверх по течению реки. Шли по руслу, по пояс в воде. Шинель настолько намокла и мешала движению, что пришлось её утопить. Мокрые добрались до леса, где выжидали темноты.

День просидели голодные, вечером пошли в разведку переправы через шоссе Кузнецов, Чернявский, я и Тимошенко. Вернувшись из разведки, я не застал Чернявского и Кузнецова – по видимому они от нас откололись. Чернявский без сапог, фуражки и шинели. Как он будет идти – не знаю. Всё его барахло спрятал красноармеец Урозаев, испугавшись отстать от нас, благодаря чему поставил в такое положение Чернявского.

Вечером какой-то старичок принес отваренной картофели чугунок, который разъели 20 человек. В общем заморили червячка.

Вышли в поход выбиваться из окружения 11 человек в направлении Ст. Село-шоссе Витебск-Лепель на Оршу. Шли ночью по реке до Ст. Села. Километрах в 5-ти от места нашей стоянки наткнулись на немецкий пост, охраняющий переправу  через реку, обошли вброд. Были с опозданием замечены и снова попали под ружейно-пулеметный обстрел. Дозор в составе 2-х красноармейцев и мл. лейтенанта Лукьянова исчез в неизвестном направлении, с ним красноармейцы Фирсов и Казаков.

К утру достигли д. Ст. Село, остановились на ночевку в кустах. Уставшие и голодные, без воды легли спать. Чувствую себя очень плохо. Ноги отекли и сапоги давят, невозможно терпеть.

 

12.07.1941
Снова в окружении ещё худшем, чем первый раз. Все спят. Проснулся первым. Посмотрел вправо: на колхозной конюшне (метров в ста) стоит немецкий наблюдатель с пулеметом. Наблюдает за воздухом и изредка постреливает по нашим кустикам. Влево от нас (метров 200) стоит батарея и трактора-тягачи. Впереди шоссейная дорога, по которой беспрерывное движение. Сзади открытое поле, которое находится под наблюдением немцев. День до вечера лежим без пищи, пьем болотную воду, к тому же стоячую и вонючую.

Вечером от крестьянина узнал, что в конюшне расположен немецкий штаб. Очень много пленных красноармейцев, большинство из них пьяные. Крестьянин прислал три куска хлеба и немного хомсы, разделили на 10 человек, заморили червячка. Днём к нам пристроились товарищи Сизов и Коржаулов. Между прочим, последний трус высшей мерки. Сизов молодец, хороший наблюдатель и к тому же смелый. В 11.00 начали выходить из окружения. По вине труса и мерзавца Королькова остались на посту наблюдения ст. политрук Ларин и красноармеец Костенко. Ночью перешли шоссе, форсировали реку к д. Топорково (возможно, Топорино). Утром зашли на колхозный двор, где нам отказали даже по стакану молока, потому что нужно свиней поить молоком. Как обидно слышать такие слова от мерзавцев.

День снова просидели в лесу голодные. Ночью решили перейти шоссе Сиротино-Витебск в направлении на Городок.  Попытка была неудачная, патрули обнаружили нас, открыли огонь. Пришлось снова откатиться в лес и расположиться на ночлег.

 

13.07.1941
Днем вели разведку местности наблюдали хозяйничанье немцев в д. Топорково. 5 немцев, вооруженных до зубов, зашли к колхознику, взяли свинью, заплатив за неё 10 рублей и увели с собой. Расстреляли двух трактористов по мотивам, что они могут угнать их танк.

К группе присоединилось ещё 10 человек. Принял командование на себя, вооружил автоматическими винтовками. Команда образовалась в 22 человека. Продуктов всего-навсего 11 таблеток пюре-суп гороховый. Сварили пищу: 1 таблетка на 5 человек, воды неограниченное количество, болотной конечно.

Вечером перед началом движения пристроился некто Виноградов – документов нет, назвался начальником ОВС, интендант 3 ранга. Решил расстрелять, но отговорили Ушаков и Тимошенко. Завели в лес, изменили сами направление и остались в лесу на ночевку. Поход был сорван.

 

14.07.1941
Днем снова вел разведку. Пока я вел разведку, мерзавец Корольков похитил у нас гражданскую одежду, бросил оружие и снаряжение, забрал с собой красноармейца Дорофеева и бежал в неизвестном направлении. Бежал, как трус и негодяй.

Ночью обошли Зароновское озеро, вышли к д. Пухи и перешли шоссе Витебск-Сиротино. Остановились на ночлег в кустарнике между д. Альнюшки и Сеньково. Вместе с этой компанией бежал к-т Магечин в направлении Полоцка. В группе осталось 19 человек. Из опроса местных жителей узнал, что Виноградов предатель и немецкий шпион, направлял красноармейцев по дороге пленения. Очень жалел, что не расстрелял его.

 

15.07.1941
Утром вел разведку местности. Продуктов нет. Решил сходить в колхоз д. Сеньково за продуктами. Продукты не достал и был сам на краю расстрела, так как зам. пред колхоза и счетовод враждебно настроены против советской власти. Организовав банду они решили пострелять всю группу. От кровавой расправы спас один инвалид этого же села. Эти же мерзавцы послали конного в д. Топорки с вызовом немецкой машины для ликвидации нашей группы.

Голодные ушли в направлении д. Иваново. Вечером, достигнув д. Иваново, хорошо подкрепились. Получили немного хлеба и сырой картофели. Взяли направление на станцию Лосвида.

Достигнув к утру д. Савченки, остновились на отдых. Настроение группы неплохое. Сам очень устал. Ноги болят невыносимо из-за отёков. Скучаю по семье и в особенности по Валюське.

 

16.07.1941
Мы в треугольнике Городок-Полоцк-Витебск. Дела неважные: в Савченках полно немецких машин, все крытые. На Витебск беспрерывно движутся машины и мат. часть артиллерии. Пехоты не видно.

Стоим у Лосвидского озера, решили вымыться. А по ту сторону моются в озере немцы. От местных жителей Савченок узнал, что немцы самовольно и под страхом оружия забирают свиней, телок, бьют курей, забирают яйца, масло. Женщины к нам в лес принесли 3 селедки, хлеба, блюдце масла и графин молока, подумав, что нас только трое. Со словами «Ешьте лучше вы, чем это достанется немцам». Отдельные мерзавцы этой деревни предлагали нам бросить оружие и переодеться в гражданскую одежду.

За озером в лесу у дороги расположились на ночлег немцы в большом количестве, где было обнаружено мной 20 машин разных марок.

Откатились ночью в направлении  д. Иваны, так как у ст. Лосвидо проход невозможен.

 

17.07.1941
Утром пошёл с красноармейцем и ст. лейтенантом в д. Тивоны (возм. Цываны) на разведку дорог. Там же была заявлена жалоба жителей, что в ночь с 16 на 17.07.1941 зам. пред. колхоза и счетовод, враждебно настроенные против советской власти, организовали банду и стали терроризировать семьи коммунистов, ушедших в Красную Армию, со словами «Ваша жизнь кончилась, теперь мы будем жить». В доме председателя колхоза, коммуниста, ушедшего в Красную Армию, избили жену и детей, побили посуду и обстановку, в общем, устроили погром. Запугали жителей: «Кто будет противится порядкам немцев, будем сжигать дворы».

Этих мерзавцев арестовал и расстрелял. Через 10 минут после расстрела прибыл мотоцикл и грузовая машина с солдатами, но нас уже не застали в деревне. По видимому связь с немцами налажена была хорошо.

Ушли в направлении Третьяки. Ночью подошли к р. Войхонка, а по ней к озеру, что западнее Городка 4 км. Там в лесу на берегу остановились на ночлег.

 

18.07.1941
С рассветом дозор разбудил меня и доложил, что в 300 м от нас немцы 3 человека идут к озеру.

Разведав район нашего расположения, выяснил, что мы находимся в центре расположения наблюдательных постов немцев. Наблюдали, как по шоссе Городок-Невель движутся непрерывно машины. В д. Третьяки 8 солдат гнали свинью в лес, к своим кухням.

Откатились к мельнице, там достали по куску хлеба грамм по 100, муки килограмм 8 и двинулись в поход в 23.00 в направлении ст. Бычиха. Ночью попали на озеро, пошли в обход и шли до самого рассвета. Проходим места недавних боев, вонь неимоверная от разлагающихся трупов. Деревня сожжена до основания, осталась только церковь. К утру пришли к д. Тросница. Ночевали в амбаре за деревней.

В д. Рудаки перешли шоссейную дорогу и ж/д Городок-Невель

 

19.07.1941
День просидели в лесу в ожидании момента перехода через большак, по которому проходит на Городок колонна автомашин и мат. часть артиллерии.

Большак прошли благополучно и к 22.00 вышли к д. Высокие Жакены. Хотя и 3 двора, но встретили нас очень хорошо: всех красноармейцев накормили мясом и молоком, а нам даже поднесли по 100 г спирта. После дождя и холода это было кстати. А колхозник Леонтий Корнеевич даже провел нас в лес на дорогу, рассказав маршрут безопасного движения к своим.

Ночлег в Сеченках – спали на сене.

 

20.07.1941
Утром в Сеченках подкрепились и двинулись в поход по  маршруту Зуи-Грибали-Коробы. Прошли неплохо и даже с проводниками. По деревням ребят кормили до отвала.

 

23.07.1941
До вечера простояли в лесу под д. Верховье. Форсировать реку Двину невозможно  из-за беспрерывного движения машин по шоссе и катеров по реке. Вечером лесом двинулись на д. Шерково-Дрозды-Корь. В д. Шерково подкрепились пищей очень плохо, а население жмется в отношении помощи Красной Армии и питания красноармейцев. А между тем дней 7 тому назад эта же деревня Шерково танкетку немцев встречала хлебом и солью. Контра работает хорошо, колхоз дезорганизован, полевые работы не ведутся, сенокос стоит не кошен. Настроение группы здоровое и бодрое, но чувствуется усталость, - нужна дневка. В д. Шерково отстал красноармеец Исхаков, причины неизвестны. А мне командир отделения сообщил тогда, когда уже прошли д. Дрозды. Чувствуется истощение сил группы, от недоедания похудели и осунулись. Мне самому пришлось в ремне пробить две дырки.

 

24.07.1941
Ночевали в д. Корь на сеновале. Как приятно поспать после трудной дороги на свежем сене. Утром с проводником Андрюшкой двинулись на д. Карпехи, где должны были перейти шоссе Невель-Велиж. С выходом из д. Корь слышали в направлении Карпехи пистолетные, ружейные и пулеметные выстрелы. До Карпех дошли, обнаружили немецкий дозор, залегли в лесу. Ведем наблюдение.

По дороге Невель-Велиж беспрерывно движутся машины одна за другой. За час наблюдения прошло около 400 штук машин. По ту сторону шоссе в лесу видно стоят машины. На Карпехах играет гармонь и слышны песни немецких солдат.

Завтракали в д. Кори, пищу не варили. Ночью остались в лесу в ожидании перерыва в движении машин.

Ночь прошла также в движении машин. Перейти шоссе не удалось.

 

25.07.1941
Откатились поутру в глубь леса и начали приготовление пищи. С утра на Велиж движется пехота в количестве 500 человек. Движение пехоты и обоза продолжается. В д. Замошье стоит конница количеством до взвода. По дороге на Велиж образовался затор машин примерно к 14.00. Выявил о вчерашней стрельбе на Карпехах. Оказалось, что перед нами ушло 8 человек красноармейцев со ст. политруком, которые перешли шоссе, зашли в сарай и легли спать, не выставив наблюдение. Проснувшись утром, вышли из сарая и наткнулись на немцев, которые там же расположились, и открыли стрельбу. 7 человек ушло, один остался – убит или взят в плен.

Мы изменили маршрут и пошли на д. Тимохи с целью перехода шоссе Невель-Велиж. По дороге наткнулись на колонну пехоты, перерезавшей нашу дорогу. При отходе назад майор Ушаков оставил шинель и фуражку, так как мы были обнаружены немцем. За этими вещами были посланы красноармейцы Ивончик, Чуприн и Урозаев. Когда подошли к вещам, по ним была открыта стрельба ружейно-пулеметная. Благодаря чему потерялись в лесу майор Ушаков (по своей глупости), красноармейцы Урозаев и Новиков. Все остальные вышли к д. Корь.

Взяв красноармейца Сизова, пошел в разведку к д. Корь. Перед этим наша авиация примерно около 20.00 бомбила дорогу у д. Будница. Зашел в д. Корь, только разговорился с колхозниками, как метрах в 300 появилась танкетка немцев. Пришлось удирать в лес. Наш побег немцы заметили и допытывались у женщины с пистолетом в руках: куда бежал большевик. Женщина пустила слезу, но не сказала в каком направлении мы ушли.

Вечером в той же деревне выпили по кружке молока. Крестьяне на дорогу дали буханку хлеба и ведро картофеля, и мы ушли на д. Дрозды искать удобного перехода.

Переодетый красноармеец предупредил, что по деревне шныряют немецкие шпионы, вылавливают красноармейцев. 24.07.1941 были пойманы два мл. командира в д. Будница и расстреляны. Во время стоянки в лесу надо мной пролетело 3 пули – чуть не убили, сволочи.

 

26.07.1941
До 16.00 проспали в лесу под д. Дрозды. Воды нет, пищу варить нечем. Куда идти – пока направления нет. Жаль Ушакова. Куда делся неизвестно и придётся ли с ним где на дороге встретиться.

Вчера в д. Дрозды, приехавшие из д. Будница немцы, из колхозного хозяйства зарезали 7 коров, погрузили на машины и увезли на Будницу, где стоит их штаб, расположенный в средней школе.

Пищу не варим – нет воды вблизи. Разделили буханку черствого, гнилого и заплесневелого черного хлеба, съели с солью и говорят, заморили червячка.

Двинулись в поход в 20.00. Идём на Пудовскую фабрику. Прошли д. Шитики. У старика, косившего сено, расспрашивали дорогу через шоссе Невель-Велиж. Не сказал ничего толком, сволочь. Смотрит на нас, как черт из-под лба.

Идём вдоль опушки леса на север. Вышли на просёлочную дорогу, идущую через болото  д. Шитики – шоссе – Замошье. Дорога укатана машинами. Как видно, какая-то сволочь показала проселочную дорогу и к тому же скрытую от нашей авиации. Слышна снова бомбёжка д. Будница. Свист в полете бомбы больно неприятен. Впечатление такое, что бомба летит прямо на тебя.

К д. Тимохи подошли в 0.40 27.07.1941. Выяснили, что последняя партия немцев прошла в 21.00 26.07.1941 через Тимохи. У колхозников забрали весь печенный хлеб, муку, яйца, свиней. Население д. Тимохи недовольно немцами, так как 2 человека, которые только заявили протест немцам по поводу потравы картофеля лошадьми, как их взяли на машину и нет уже 3-й день.

Под д. Замошье наткнулись на немецкие трактора газогенераторные. Охрана, как видно, слабоватая. Жаль, что нет средств вывода из строя трактора.

Откатились влево, в рощу. Идти очень скверно. Большая трескотня и шум, ржут лошади обоза немцев. Мы очень близко от них. Сделали привал на час, после которого на рассвете снова двинулись в поход. Прошёл метров 100, мне сделалось очень плохо, чуть не упал в обморок. Причина – чрезмерное голодное истощение. Сегодня уже 3-и сутки без пищи.

Вышли в густой лес и у реки сделали привал. Слышно разговор немцев, их подъем и возню у тракторов. Видно, собираются в поход.

Чувствую себя очень плохо: озноб, тошнота, на ногах загнивают раны. Медикаментов нет, нечем сделать перевязку.

Отдал приказание: разжечь костры, варить пищу. Отдых до 14.00.


27.07.1941
Сегодня варили пищу 2 раза. Пил чай с удовольствием. Отдохнул сам и группа. Стало немного лучше по сравнению с утром, Подобрал 3 листовки – обращения к белорусскому народу. Назначил поход и разведку в 16.30. Пролетели наши ястребки, слышим бомбёжку.

Побрился, помылся за все 4 дня – в общем освежился.

Выступили в поход в 16.35, вдоль леса к шоссе. Разведав подступы, выяснилось, что вдоль дороги по опушке леса стоят танковые части и конница противника. Откатились назад, форсировали речушку, вошли в другой лес и пошли на запад. Зашли в такую чащу, что идти невозможно. Выбились на просеку, пошли на восток. Дойдя до просеки пошли на север и снова подошли к немцам. Свернули на запад до первой просеки, а потом снова на север, и вышли в непроходимые болота. Идём ими 6 часов. Идти очень трудно. Я трижды провалился в трясину. Отдыхаем через каждые 30 минут. Потеряли веху север-юг, расставленные по просеке и в болоте. Искали развернутым фронтом вехи, не нашли, но потеряли красноармейца Юнусова. Нашли его. Свернули на северо-восток 50 градусов. Вышли к лесу, заваленному буреломом. Идти трудно, темно, большой треск – обнаруживаем себя.

Группа вся устала до невозможности. Слышно: прошла машина по шоссе. Значит, мы у цели, стоит только перейти в каком месте неизвестно. Вышли к шоссе. Кругом тихо, нет никого. Перешли шоссе свободно, над чем бились 4 суток. Попали снова в лес на просеку. Идём на юго-восток, потом на северо-запад. Свернули на восток и попали снова в болото. По стежке идем до восхода солнца. С восходом солнца вышли на хорошую лесную дорогу и по ней попали в д. Дяки.

В деревне нас встретили враждебно и с удивлением: «Куда вы идете, когда в 2 км от деревни стоят немцы, а Москве дали 3 дня на обдумывание о её сдаче. Леса немец бомбит и вы всё-равно ничего с одной винтовкой не сделаете».

Повел разъяснительную работу, прочитал листовки и разъяснил суть дела. Группа питанием не подкрепилась. Так с пустыми желудками, после таких трудов, за ночь вышли в лес на отдых. Вся группа удивляется, как мы ночью отчаянно переходили шоссе, да и всё-равно назад путь был отрезан: день и болото – верный расстрел с самолёта.

Поведением коренного населения д. Дьяки возмущен до мозга костей. Такие сволочи не поддерживают морально бойцов Красной Армии, а разлагают.

На болоте в сене нашли 2 противогаза, которые подобрали. Султанов спорит, кому нести муку. Слушаю этот спор и делаю вывод, что из всей группы исполнительными и энергичными являются т. Костычев, Сизов, Терон, Чуприн, Иванчик, Левчук. На этих ребят можно положиться. Смирнов большой разгильдяй, а остальные пока ни то, ни сё.

 

28.07.1941
До 16.00 спали, сварили пищу, подкрепились малость, а сейчас в поход на Светлицу-Барсуки-Погорелье.

Светлицу прошли мимо, так как за час перед нашим походом в Светлицу прошли немцы в количестве до 300 человек пешие, конные и на машинах.

Крестьяне, гребущие сено из Светлице, не советуют идти туда, так как и дорога в Барсуки идёт по кладкам, и быть осторожными в движении.

В Светлицах немцы подобрали весь продукт у коренного населения. Население Светлицы недовольно немцами за их произвол.

Идём в Барсуки осторожно. Навстречу попал мотоциклист. Но счастье его, что успел переехать нам дорогу и скрыться за поворотом. Так и зудит рука ссадить его с мотоцикла.

Ребята говорят, что снявши его с мотоцикла, наверное, нашли бы советских папирос и кое что ещё – с куревом очень плохо. В группе нет табака, курить нечего. Стреляют у косарей и так где придётся.

В Погорелье пришли в 1.00 29.07.1941. Очень устали. У меня так ноги не идут окончательно после вчерашнего болотного похода.

В Барсуках немцы зарезали телку у крестьянина. Так он напуган до того, что когда пришли мы к нему с расспросом о дороге, не открывал дверь и забыл подоить корову. Всё таки он большая сволочь: советовал красноармейцам бросить оружие, так как «у немцев такие орудия он видел, что нам перед ними не устоять».

В Погорелье последние немцы прошли в 20.00.

Решил сделать привал. Холодно, сыро и туман. Уходим в лес на ночевку, взяв с луга копицу сена. Сапоги свои порвал окончательно – хотя бы ещё немного продержались. Из новых сапог, сделанных Леонтием Логв. остались одни шмотья. Прошёл в них уже около 400 км по росе, целине, лесом, болотом и кустарником. Раны на ногах загнивают, дело хуже, а медикаментов нет.

Вспомнил и взгрустнул о семье и детях, в особенности о любимице Валюське.

 

29.07.1941
Спали очень крепко и долго, хотя мне и не спалось. Видел дурацкий сон. Гнедая лошадь, очень жирная, зубами как схватила за правую руку, так и не отпускает, хоть что хочешь делай с ней. Я проснулся, хотя руку лошадь всё-таки отпустила.

Проснулся в 14.00 от толчка часового. Так и знал, что по нашим следам придут в лес за сеном. Пришли 2 парня. Вступил с ними в переговоры и разведывание дорог. Заключение переговоров удачное. Крестьяне принесли немного молока, хлеба, картофеля и даже мясо. Это за все 19 дней нашего похода.

Парень вывел нас на тропу. В поход двинулись в 17.15. На эту же тропу пришёл старик из д.Погорелое, шкурник высшей марки. Вместо того, чтобы красноармейца накормить и напоить для выполнения соей задачи, он ставит этому красноармейцу условия: «Сними шинель и гимнастерку, тогда я вам дам всего на дорогу и покормлю щами. Всё равно они вам не нужны, а в походе тяжело». Вот иуда-мерзавец, таких редко найти. О нем, между  прочим, нехорошо отзываются и те парни, которые нас подкрепляли и вывели на тропу.

Сегодня в ночь предстоит пересечь три шоссе: Усмынь-Велиж, Велиж-Кресты и ещё один большак. Задача трудная и опасная. Об этом группе ничего не говорю – смелей будут идти и выполнять задание.

Идём по маршруту Погорелье-Бараково-Алексеео-Александрово-Прихобни-Полонейка. Места открытые и днем идти опасно. До леса 20 км от шоссе. А всего маршрут на 30 км нужно за ночь преодолеть, во что бы то ни стало.

К шоссе вышли и перешли в 23.15. За переход шоссе чуть палкой не избил дозорного красноармейца Шокирова. Такая трусливая сволочь, что чуть не провалил всю группу. Дорога каждая минута, а он увидел впереди куст, вообразил, что это танк, залег во ржи и лежит мерзавец, держит группу, не даёт ей ходу.

Шоссе прошли благополучно, а по большаку Кресты-Велиж 40 минут шли хорошим шагом на восток. У д.Алексеевка выслал дозор на разведку Красовского, мл.политрука, Сизова, Костычева и предупредил, чтобы долго не задерживались и за жратву не садились пока. Не выполнив задание, мл. политрук доверие не оправдал. Группу задержал благодаря своей разнузданности на целый час. Теперь 42 км нужно покрыть в течение 2-х часов до рассвета.

Идем не менее 6 км в час, но до леса не успеем добраться. В д. Александровка крестьяне напоили молоком. Идти стало немного веселей. Устал, нога левая в ранах горит до невозможности, а идти нужно.

В д. Прихобни нас встретили приветливо. Кричат: «Заходите подкрепиться!» Несут сыр голландский, молоко, хлеб. Но задерживаться нельзя, - восходит солнце, а пути 5 км. Впереди неизвестность. Слышна орудийная и пулеметная стрельба. Ребятам всё-таки крестьянки всучили два кирпича сыра, приблизительно килограмм на 10-12. Это очень хорошо при ограниченном запасе продуктов и длинной лесной дороге. До леса осталось всего с один км, и мы у цели. Но грустное разочарование, встретили препятствие: у самого леса тянется озеро, ни конца, ни края не видно. Вынужденный привал и сон до 12.00. Перед сном закусили сыром без хлеба. В предполагаемом месте перехода озера слышна пулеметная стрельба. Куда идти неизвестно. Ну да черт его дери, утро вечера мудренее. Спать, а там будет видно. Отход ко сну в 7.15 до 14.00, разведчикам – до 12.00. Расставил дозор. Ложусь спать Нога горит, нет места.


30.07.1941
Проснулся в 11.00, не смотря на усталость. Сон не берет. Слышна беспрерывная бомбёжка, артстрельба и ружейно-пулеметная стрельба. И всё в том направлении, куда предстоит идти, переходить озеро. Немножко грустновато, но ничего не сделаешь. Поднял разведчиков и дал задание разведать подступы к переправе. В крайнем случае придётся делать плоты и на плотах переправляться. Самолёт противника контролирует озеро через каждые 30-40 минут. До вечера, пожалуй, и не переберешься.

Сделал перевязку ран старым бинтом. Один красноармеец Таран разбил ботинки окончательно. Вылезают портянки из ботинок. И у меня дело с сапогами не лучше обстоит. Из разговоров местных жителей: где-то здесь в 7 км стоят наши части и делают мост через реку, выгрузившись на одной из станций (на какой неизвестно).

Скучаю по семье. Черт его знает, придется ли увидеться снова с ними.

От красноармейца Смирнова узнал, что майор Игнатьев (это наш нач. арт. училища) убит под Сиротино 10.07.1941, ряд командиров было ранено и остались на месте. Кто ранен и какова их судьба неизвестно.

Сегодня подобрали 3 листовки с иллюстрациями. Как видно, дела немцев плоховатые.

Произвел разведку местности. Страшного ничего нет: мы недалеко от стыка двух озер, стык проходим.


Информацию предоставила: Бруева Лариса Наумовна
 
 
ФОТОАРХИВ
ВИТЕБСК 1941
ВИТЕБСК 1942
ВИТЕБСК 1943
ВИТЕБСК 1944
СТАРЫЙ ВИТЕБСК
ЛИЦА ПОБЕДЫ
   
 
БОЕВЫЕ ПУТИ
43-я Армия
220 МСД
153 СД
204 СД
251-я СД
919 СП
923 СП
927 СП
789-ый АП
671-ый ОБС
419-ый ОСБ
309-ый ОПД
14ТД
   
 
БОЕВЫЕ ОПЕРАЦИИ
"БАГРАТИОН"
ВИТЕБСКО-ОРШАНСКАЯ
ПОЛОЦКАЯ
наступательные операции
12.10.1943г. - 13.03.1944г.
   
 



 
 

ВНИМАНИЕ! При использовании материалов ссылка на сайт, авторство и источник обязательна.